Майкл - Nathan Jones
Дебби - Beatrice Bartley
Маленький мальчик - Jack Forino
Высокий мальчик - Noah Miller (последнее выступление)
Балетные девочки - Bedlington (роль Трейси Аткинсон играла Emily Atkins) (последнее выступление)
Замены: Лесли - Charlotte Riby
Дирижер - Chris Hatt
Свой рассказ о вчерашнем вечернем шоу я, пожалуй, начну с упоминания курьезного случая с потери одной из балетных девочек своей туфельки - ближе к концу Shine. Туфелька взвилась в воздух и со скоростью пули улетела прямо в зрительный зал, не причинив там никаких разрушений или телесных повреждений (туфельку поймала маленькая девочка в ряду D), но зато Рути это привело почти что в смеховую истерику - да и среди зрителей было много тех, кто давился от смеха (дирижер Крис Хатт, кстати, тоже).
Юэн начал свое шоу довольно спокойно и даже как-то заторможенно: он, конечно, реагировал на ужимки Майкла в боксерской сцене, но безо всяких там излишеств: не больше, чем то, что действительно необходимо, что меня несколько разочаровало. То же случилось и в Solidarity, и в Expressing Yourself.
Все переменилось в The Letter. Рути, кстати, и не пыталась сыграть с Юэом в игру с вырыванием письма у него из рук (что она проделывает регулярно с остальными Билли). То есть она, конечно, вырвала его, но строго по сценарию; и Юэн продолжал вести себя очень сдержанно. Но вот он дошел до своей финальной фразы "And please, mammy"... - и его прорвало: будто фильтр, защищавший его эмоции от того, чтобы выплеснуться наружу, сломался - и Юэн буквально зарыдал... Когда он, наконец, поднял голову, его глаза были влажными, фразу "Don't go" он произнес дрожащим голосом сквозь плач (я всегда считал, что эту фразу следует оставить Эллиотту - кроме него, никто другой не мог произнести ее с нужной интонацией, но Юэн Эллиотта превзошел на порядок). Я все ждал, что кто-нибудь все же зааплодирует после 'She was just me mam' - увы, это не случилось, а стоило бы: это "Письмо" следовало бы показывать в актерских школах как учебное пособие.
Сцена, предшествующая Angry Dance, была сыграна им на этом же уровне: медленное нагнетание внутреннего душевного давления с самого момента прихода миссис Уилкинсон - и взрыв (в ответ на "Your mam's dead!"). Angry Dance - уровень Эллиотта, у которого тоже "не получалось" немного ограничивать себя в количестве выплескиваемой из себя энергии.
Второе действие прошло на этом же уровне. "Дуэт" Юэна и Натана в Зимней сцене был просто замечательным, но удивительно то, что Юэн, почти ничего не делая (он наблюдал за Натаном, скачущим по сцене), одним лишь лицом был более красноречив и экспрессивен, чем Натан.
И Electricity - идеальное во всех отношениях, пусть и не столь быстрое и "балетное", как у Ната, но фантастически эмоциональное, без единой фальшивой ноты, спетое-станцованное от сердца - и заслужившее полторы минуты (!!!!) standing ovation ВСЕГО ПАРТЕРА и как минимум половины Dress Circle-a (это то, что мне удалось увидеть) - это надо было видеть.
Юэна, из-за стиля его Electricity, часто сравнивают с Броди. Но между ними есть серьезное различие: если Броди добивается "правдивости", добавляя в роль множество "внешних эффектов" (мелочей), Юэн играет "от сердца", эмоциями, полностью растворяясь в своем персонаже. Я не знаю, знаком ли Юэн с "method acting" Страсберга, но то, что я видел на сцене вчера, было игрой в точном соответствии с его принципами - либо по системе Станиславского. Причем, анализируя сейчас всю игру Юэна вчера, я не могу не прийти к выводу, что и сдержанная игра в первой половине первого действия, и "обнаженный нерв" в The Letter и Angry Dance, и его очень экспрессивная игра во втором действии ("мелочи" Юэна - не в его жестах, а в точно расставляемых им паузах и интонации: так он сыграл всю сцену Прослушивания - с мастерски расставленными паузами в нужных местах.
А еще была замечательная, точная реакция на Esquire: небольшое замешательство, потом кивок головой - ну почему этого никто не делает???
P.S. Во время речи Хауарда Кроссли в начале второго действия оркестр, кажется, тоже решил поучаствовать в воплях зрительного зала; это привело к тому, что Крис Хатт начал дико хохотать; ему потребовалось некоторое время, чтобы прийти в себя, он обернулся в мою сторону смущенно и сказал 'sorry'.
P.P.S. После этого шоу до меня, наконец, дошло, что the end is near. Осталось всего три спектакля, причем лишь два из них будут нормальными... Как это все несправедливо - особенно по отношении к Юэну, который сыграл всего 41 спектакль!
 |
| После спектакля - "вечеринка" в честь Юэна: только для родственников и знакомых труппы. |
